84 Просмотров |  Нравится

Две любви, две перспективы

 

Судьба Новосибирска – быть важной, но промежуточной локацией больших биографий. Начальной или срединной главой. Кадром с подписью «Продолжение следует». Многие истории успеха, начавшись здесь, вскоре перемещаются в столицы. Не в столицу, а именно в столицЫ. Потому что почему-то именно для Новосибирска возглас из чеховских «Трех сестер» звучит самобытно: «…или в Петербург, в Петербург, в Петербург!» Далее – по тексту.

 

Над природой и причинами страстной и даже несколько детски упрямой любви новосибирцев к Санкт-Петербургу предстоит размышлять социологам и культурологам. Благо им есть чем заморочиться: по структуре своей и укладу Новосибирск похож больше как раз таки на Москву. Но накал любви к Северной Пальмире тут таков, что феномен достоин анализа. Впрочем, мы на него замахиваться не будем – просто примем как реалию.

Итак, успешные новосибирцы, желающие перебраться в европейскую часть России ради еще большей успешности, в виду имеют прежде всего два этих города. Потому как сам Новосибирск, хоть он для них и транзитный, в определенном смысле формирует уровень потребностей: столицу Сибири амбициозным людям как-то не хочется менять на просто областной центр. Как говорится, полюбить – так королеву…

Запросы к адресам проживания на новом месте тоже весьма высоки. Тем, кто достиг максимума успеха и комфорта в Новосибирске, не особо интересны новостройки Красногорска, Кудрово или Бутово. Окраины, предместья и даже срединные пояса – это для них шаг назад, пробуксовка сюжета. Им хочется быть на авансцене. И в этом смысле обе столицы, конечно, весьма яркие локации. Москва и Петербург принципиально отличаются от Новосибирска (да и от любого другого мегаполиса России) именно тем, что тут уже есть социальная иерархичность городской среды. Есть районы «как везде». Есть просто хорошие и очень хорошие. Есть отличные. И есть шикарные. «Золотые мили».

 

Самый известный супер-район – это, конечно, московские Хамовники. Знаменитая Остоженка, буквально фаршированная супердомами – это тут. Но и Петербург не отстает. Именно в Петербурге появились первые в России люксовые районы в их западном понимании. Появились еще в 1900-х, когда Москва была пестрым месивом доходных домов, барских усадеб с лопухами, купеческих подворий и вросших в город деревень. У Петербурга в ту пору уже была застроенная по последнему писку урбанистики Петроградская сторона и два суперострова – Каменный и Крестовский. Именно про них пижонский стих Игоря Северянина: «В ландо моторном, в ландо шикарном я проезжаю по островам». Это и сейчас супер-районы.

 

Впрочем, питерский список локаций мы рассмотрим в порядке очередности, а начинать нужно с Хамовников. Все самые стильные и престижные многоквартирники Москвы именно здесь – на Остоженке, во Всеволжском переулке, на Плющихе. И, к слову, не очень-то они и многоквартирные. «Надцать» этажей и десяток квартир на площадке – это точно не для Хамовников. Здешние пропорции – один-два десятка квартир на весь дом. Причем пропорция гаражных мест – с огромным запасом. Например, в комплексе «Резиденция» от «Лидер Инвест» машиномест аж 45, притом что квартир – 21. К слову, именно «Резиденция» во Всеволжском переулке еще и ценовой чемпион, и лидер архитектурного шика. Пентхаус на две с половиной сотни квадратов здесь стоит 486,5 млн рублей, а декор дома, исполненный в стиле ар-деко, таков, что тут можно будет снимать сцены для «Великого Гэтсби».

 

Вообще-то ар-деко в столь сочном воплощении в исторической Москве никогда не было, это именно архитектурная игра в американские «ревущие двадцатые». Отечественные двадцатые – это скорее то, что цитирует своими формами дом на Остоженке, 11, – иллюзорно простой при взгляде с улицы, но спокойно-уверенный в своей неотразимости. Кстати, его мотивы – «блуждающие» окна и игры с простой геометрией – вполне знакомы и новосибирцам: комплекс «Milk House» и линии квартала «На Декабристов» – это эхо модернизма Остоженки.

 

А еще «понаехавшие» из Новосибирска узнали бы черты своего города в облике «Садовых кварталов» – огромного комплекса на улице Усачева, на другом конце Хамовников, близ усадьбы Трубецких. Девелопером проекта стала ГК «ИНТЕКО», а в архитектурной команде целый глобальный интернационал – от бюро «Остоженка» до главного архитектора Барселоны Хосе Асебильо. Получилось брутально, но ярко и привольно. Тем, кому нравится в Новосибирске стиль «Брусники», понравится и в «Садовых кварталах».

 

Впрочем, застройщики работающие в люксовой нише в Москве чаще цитируют не модернизм 1920-х, а характерные для прежней Москвы большие стили с очевидными приметами роскоши – ар-нуво, сталинский классицизм. Дом на Погодинской, 2/3 (комплекс «Жизнь на Плющихе» от знаменитого еще с 90-х «Донстроя»), и ЖК на Котельнической набережной, 21 («СК-207»), – как раз примеры такой ретроспективы.

Да, у «донстроевской» эстетики противников столько же, сколько и сторонников. Некоторые эти игры в «цветущий сталианс» терпеть не могут. Именно для них Москва поигрывает набережной Яузы – здесь лаконично цветет алым и кремовым кирпичом квартал богатой богемы.

Да, богема бывает разная. Титульные персонажи одноименной оперы – не единственный вариант. Комплексы «Арт-Хаус», «NV/9 Artkvartal» – для молодых и модных. Для тех, кому от 25 до 40, у кого кеды Converse и тюнингованный «купер» и «феррари» – часть единого предметного мира. К слову, довольно близки к району и галерейный квартал на Стрелке, и прочие модные у артистической молодежи места. Так что эти здания встроены в место и время очень даже прицельно.

 

Построить роскошный жилой комплекс для хипстеров, совместить в одном предмете лофт-эстетику и de luxe – на это пока отваживаются лишь в первопрестольной столице.

 

Девелоперы столицы северной в подходе к вопросу хранят серьезность. У них никакой постмодернистской иронии. Даешь Большие Стили! Наличие в этой нише редких примеров модернизма (вроде комплекса «Fusion», чьи наклонные стены-грани слегка напоминают черты новосибирского ЖК «Status») лишь подтверждает сплоченность питерских застройщиков в этом вопросе.

 

Впрочем, общая приверженность «исконно петербургским» стилям не означает, что результат у всех получается одинаково изящный. Некоторые дома, претендующие на причастность к корням-истокам, в деталях исполнены так, что принять их за органичные сможет только Маугли, воспитанный магазинными манекенами.

 

 

Характерная петербургская черта – типологическое разнообразие зон престижа. Крестовский остров, Каменный остров, Московский проспект… Крестовский и Каменный – буржуазные оазисы 1900-х, Московский проспект – сталинский парадный Ленинград с минимумом достоевщины. Очень похоже на московский Кутузовский, но с прохладной питерской точеностью, без обилия кренделей из бетона, без кипения лепнины. Васильевский остров – сравнительно недавно в обойме. Это зона активного редевелоплмента. Совсем недавно это была лишь сюжетная среда для фильмов в духе Балабанова и клипов Шнура – старый, но усталый, маргинализующийся район. Но этот негативный тренд переломлен.

 

Разные локации – разные эстетики. Например, клубный дом «Esper Club» от ГК «Еврострой» на улице Эсперова, 16/23, встроен в контекст Петроградской стороны – элегантный, чуть сумрачный доходный дом 1900-х. Прежде на этом месте стоял реальный «доходник», снесенный за ветхостью. «Esper Club» довольно органично его повторяет, добавляя при этом и новые привкусы архитектурной элегантности.

А ЖК «Victory Plaza» близ Московского проспекта цитирует базовую эмоцию места – близость Парка Победы, самого модного места сталинского послевоенного Ленинграда. Эта триумфальная «ленинградскость» обильно вшита в облик здания. Настолько узорчато, что похоже не только на советский стиль 1940–50-х, но и на «интербеллику» – архитектурную моду Бухареста, Мадрида и Рима 1930-х.

А вот псевдосталинка на улице Победы, 5, – это уже сугубо ленинградские мотивы. Мощные колонны, копья, ликторские связки, венки – ленинградскую версию сталинского ампира не спутаешь ни с чем. В общем, дом с именем «Легенда» от LEGENDA Intelligent Development получился настолько монументальным и торжественным, что превзошел по этой части даже собственно исторические прототипы. В его холлах и порталах можно снимать какой-нибудь патетичный костюмный киноэпос для Первого канала. Дети в матросках, эскимо в фольге, Балуев в галифе – ну, все такое…

 

Комплекс «Парадные кварталы», большой и строящийся очередями, – самое известное детище корпорации ««Возрождение Санкт-Петербурга». Но по формам, вообще-то, это скорее возрождение Ленинграда. Того Ленинграда, который рисовался в грезах предвоенных урбанистов как альтернатива и антитеза старому Петербургу. Но так и не был построен. Зато строится сейчас. Путаность квартальной застройки старого Петербурга здесь заменили на тщательную композиционную упорядоченность. Нарядные дома тут напоминают танцовщиков в балетном апофеозе – каждый эффектно виден, каждый вписан в общую композицию. Вся эта красота – безоговорочное car-free. Только променад, только любование. Новосибирцам с привычкой к комфорту это напомнит черты комплекса «Переулок Бульварный».

 

Комплекс «Neva-Neva» на пересечении 24-й линии и Среднего проспекта Васильевского острова – проект на межкатегориальной грани бизнес-класса и премиума. Мест в парковочном комплексе меньше, чем квартир, подъездов для люкса тоже многовато – семь. Стартовый метражный минимум квартир – от 30 квадратов. Но по архитектурному решению и по подходу к среде – место модное, стильное и не стереотипное. Новосибирцам, которым нравится жизнерадостная скандинавская простота, но немила аутичная сумрачность «типичной» петербургской архитектуры, здесь понравится.

 

Кстати, да, про сумрачность. Именно она часто становится охладительным сюрпризом для тех, кто полюбил Петербург из Новосибирска. Издалека полюбил, по открыткам, по впечатлениям от туристической поездки.

 

Ведь есть у Петербурга такая уловка – он именно туристскому взгляду умеет показаться лучшими гранями. Втягивает в нос хронический насморк своих дождей, нахлобучивает на голову солнышко – и стоит себе, улыбается, милаха обольстительный. Новосибирцу, уставшему от утилитарной архитектуры своей малой родины и от сумбурности родной городской среды, эта упорядоченная и торжественная красота причиняет острое «мимими».

 

И вот магия запущена, организм заработал в режиме «хочу в Питер». Некоторых особенно пылких и влюбчивых потом очень огорчает отличие будничного питерского «несезонья» от летней туристической феерии. Оказывается, петербургский ритм – это когда осень, не приходя в сознание, превратилась в весну, а потом, после короткой ремиссии лета, – снова в себя. И так по кругу. Сибирякам, привыкшим к сезонной конкретике, к страстному лету и нарядной зиме, к такому привыкнуть непросто.

Впрочем, для непримиримых есть Москва. Все-таки недаром сибирская любовь к столичной жизни – это любовь на два города.

 

Понравилось? Поделитесь с друзьями!