61 Просмотров |  Нравится

На первом месте — музыка

В путешествие по семи российским городам отправились хиты фестиваля документального кино о музыке и новой культуре Beat Weekend. Впервые за всю историю фестиваля в регионы рейсами S7 Airlines прилетели не только киноработы, но и интересные, именитые спикеры.  6 октября Павел Артемьев представил новосибирской публике документальный фильм «ARTEMIEV: Интервью». Музыкант, автор песен, актер кино и театра поделился с «Самым Соком» мыслями о музыкальном уровне в нашей стране, о его прошлом и важном и рассказал о нынешнем проекте –  группе «Artemiev», которая сейчас занимает основное место в его творческой жизни.

Своя группа, кино, театр – как ты распределяешь себя между этими арт-стихиями? Есть ли приоритетная сфера или всё по принципу «как судьба вывезет»?

Я полностью отдаюсь тому делу, которым занимаюсь, и, когда я на сцене театра – я работаю актером, когда выступаю с группой — я музыкант.  Все направления я считаю своей работой, но на первом месте для меня всегда была и будет музыка.

Многожанровые люди с множеством проектов обычно выглядят трудоголиками. Ты же, по крайней мере внешне, производишь впечатление человека, который не спешит, живет в свое удовольствие и при этом уйму всего делает. Как тебе это удается?

Я и правда работаю только над тем, что мне близко и что мне действительно хочется делать. Но я вкладываюсь в это, рву жилы, очень много работаю. Только так удастся чего-то добиться.

Говоря об актерской деятельности — есть ли роль мечты?

Да, герои Достоевского и Шекспира гениальны! От персонажей этих классиков я не стал бы отказываться. А вообще, мне интересны персонажи с душевным надломом, со скрытой глубиной. Актерская деятельность для меня в каком-то смысле терапия. Через роли я познаю себя.

Перенесемся в эпоху «Корней». Ты воспринимался титульным образом группы:  Паша из «Корней», рыжий из «Иванушек»… Это было прикольно, льстило или, напротив, отягощало?

Хм, я никогда не ощущал себя главным в группе, фронтменом или лидером. Соответственно, и отягощения никакого не было. Это был продюсерский проект Игоря Матвиенко, которого я очень уважаю.

Остались ли от «фабричной» эпохи дружбы-симпатии или «было-прожито-забыто»?

Да в основном все связи уже забыты. Общаюсь с единицами людей из того времени, но в целом тот период воспринимается как прошлая жизнь, которая как будто была не со мной. Конечно, много общих воспоминаний с ребятами из группы «Корни», и время от времени мы созваниваемся, поздравляем друг друга с праздниками и важными событиями. Но часто видеться и ностальгировать о прошлых днях попросту нет времени.

Что из осуществленных проектов для тебя является самым приятным воспоминанием?

Создание группы «Artemiev» и работа в ней —  это самое приятное переживание по сей день. Каждый концерт — это что-то особенное. Не важно, где мы выступаем: на фестивале или в маленьком клубе.  Почти все концерты запоминающиеся и ценные, они приносят огромное удовольствие и радость. Да и работа в студии — не менее круто! Вообще, я очень люблю свое дело, поэтому и получаю такие эмоции.

В группе «Artemiev» каковы для тебя рамки лидерства в творчестве и в бизнесе?

Менеджмент группы держится на мне, и лидерство – в большой мере тоже. Я пишу песни и музыку, готовлю исходный материал, но в конечном итоге это коллективное творчество, ведь мы вместе приводим песни к их финальному звучанию.

Следишь ли ты за нынешним музыкальным рынком?

Я сейчас погружен в свою музыку, но следить приходится. Конечно, не так активно, как раньше. Музыканту важно знать, что происходит в сфере, видеть тенденции и всегда что-то открывать для себя. Например, в прошлом году меня больше всего впечатлила группа Elbow и их последний альбом Little fiction. Очень качественный продукт, который я советую послушать.

А как ты относишься к хайповой рэп-музыке?

Я в курсе того, что в этой сфере происходит, но я не поклонник русского хип-хопа. Талантливых людей из этой субкультуры можно пересчитать по пальцам: самые яркие — это, пожалуй, Баста, Каста и Oxxxymiron. Я спокойно отношусь к этой стихии, считаю, что это проходящая история. Помните, как в одно время у каждого был тамагочи? Я в детстве тоже с ним бегал и был увлечен. Сейчас вместо тамагочи у каждого второго в руке спиннер. Это, как и хип-хоп, со временем пройдет и сменится чем-нибудь интересным.

Ты с ранней юности имеешь опыт самостоятельной жизни в Европе (например, миланский этап). В какой их двух реальностей – российской или западной — тебе комфортнее?

Мне комфортнее перемещаться. Не обязательно жить «где-то там» или «где-то здесь». Нужно сравнивать разные места, составлять собственное мнение. Я долго жил за границей в 90-е, и там было гораздо спокойнее, чем в России. Нельзя сказать, что это меня расслабило. Просто я увидел, что можно жить по-другому, по-человечески. И не жалею об этом. Любой опыт закаляет и несет пользу.

А чем для тебя заканчивается фраза «Поехать домой, в…»?

В Москву. Хотя мне импонируют многие города, очень люблю Берлин и в Нью-Йорке чувствую себя хорошо, моя родина – Москва. Не уверен, смог ли бы сейчас жить в другом месте.

Хочешь вырваться за грань типового целевого набора «дом, дерево, сын»?

В современных реалиях это довольно сложно. Образ жизни артиста – он ведь кочевой. Но уверен, что в определенный момент я тоже осяду в собственном доме, обзаведусь детьми и деревом.

Твой инстаграм очень «человеческий», а не «звездный». Какой твой принцип жизни в соцсетях?

Я не люблю, когда социальные сети превращают в обложки журналов и кричащую витрину «Купите меня!», это неправильно и больше похоже на эксгибиционизм. Я, например, могу про инстаграм забыть надолго и не выкладывать ничего пару недель. Нет желания или острой потребности. Если честно, все эти соцсети меня раздражают! Но я понимаю, что это неотъемлемая часть жизни и работы артиста, за неимением других активных рупоров. Сейчас интернет представляет собой качественное средство распространения музыки, и его не получится сторониться. Паблики «ВКонтакте», youtube-блогеры, инстаграмщики… Этого феномена не было во времена «Фабрики», и всё работало за счет телевидения, радио и печатной прессы. А сейчас даже способы генерации «звезд» совсем другие. Не говоря уже о пиаре. Схема поведения динамична и до сих пор меняется.

В юности ты имел опыт модельного дела. Согласился бы ты сейчас побыть лицом какого-нибудь бренда или отказался бы жить по рекламному контракту? 

Если этот бренд качественный и мне самому нравится, я бы согласился. Быть лицом хорошей марки  не стыдно. Другое дело —  продавать себя направо и налево, этого я бы допустить не хотел.

Ты следишь за модой или предпочитаешь принцип «художник сам себе мода»?

Раньше я был ужасным шмоточником, увлекался модой, следил за трендами и новинками. А сейчас мне плевать. Понял, как можно гармонично одеваться, и сейчас это мне ближе.

В октябре ты приезжаешь в Новосибирск, чтобы презентовать фильм режиссера Маргариты Захаровой «ARTEMIEV: Интервью». Как это — стать  героем документального фильма о самом себе?

Ощущение очень странное. Вначале я не мог разобраться в чувствах при просмотре. Сложно оставаться объективным, когда видишь свое лицо на большом экране. Я остро замечал недостатки и думал: «Ой, какой ты, Пашка, дурак! Ты здесь совсем не то сказал…»  Ведь это актерская работа и не выдуманный художественный персонаж. Все претензии только к себе. Но я посмотрел этот фильм два раза и уже принял его. Когда отстраняешься, можно даже получить удовольствие. Вряд ли я буду смотреть его в Новосибирске еще раз: не достиг такой степени самолюбования! (Смеется.) А вообще, я рад оказаться здесь и иметь возможность лично повстречаться и пообщаться со зрителями. Здорово, что в этом году Beat Weekend и S7 Airlines привозят в регионы экспертов, режиссеров, актеров и музыкантов. Живое общение очень вдохновляет!

Какие удачные моменты этой киноработы можешь выделить?

Режиссер Маргарита Захарова сумела запечатлеть ценные моменты. Например, когда я пришел на студию, показал в первый раз новую песню и мы, не репетируя и не сговариваясь, начали играть такую песню, которая так и осталась в этой форме исполнения. Это не выдумка, не красивый художественный прием, а реальная жизненная ситуация. В целом фильм получился совершенно летний, несмотря на то что большую часть материала сняли зимой.

Что для тебя служит границей откровенности в «портретном» кино?

По натуре я закрытый человек. Независимо от того, чем я занимаюсь, мне комфортнее делать это в узком кругу людей. И в фильме я не до конца открылся. Наверное, мне нужно прожить еще какую-то жизнь, чтобы  это сделать

Понравилось? Поделитесь с друзьями!