46 Просмотров |  Нравится

Он живой и светится

Сейчас видеореклама обжилась и на телеэкране, и в интернете. О внутренней «кухне» этого бизнеса, о канонах эффективности и зрительских симпатий «Самому Соку» рассказал один из успешных представителей отрасли – Игорь Соловей, арт-директор студии «Соловей», можно сказать, ее фронтмен.

К какой арт-вселенной ближе видеоролик – к графике? К кино?

Думаю, он «между мирами». Лично я начинал с классической графики – нединамической и плоскостной, в исходном контексте своей alma-mater – Новосибирской архитектурно-художественной академии. И, работая дизайнером, в определенный момент захотел это творчество «оживить» и выйти на новый уровень.

Высшее художественное образование создателю видео обязательно нужно?

Образование очень желательно. Навык композиции, графические навыки, профессиональное восприятие цвета и света – это очень важная основа. Увы, часто у людей нет этой базы. И под профессиональным опытом понимается не вкус, не поставленная рука, а статус «продвинутого юзера», навык пользования графическими программами.

Легко ли при отборе отличить художника от «кнопочника»?

При наметанном взгляде – да. Я, например, от соискателей прошу всего одну работу. Их лучшую, любимую, но одну. По одной работе уже можно понять, кто перед тобой: художник-график, оператор графической программы или человек с навыками видеосъемки. Сейчас очень много снимающих. Зато трудно найти «рисовальщиков» – людей, которые хорошо делают графику.

Российское видеопроизводство – это большая отрасли или маленькая?

Тут всё относительно. Например, англичане сетуют, что у них эта сфера очень маломощная. В Лондоне пятьсот студий, занимающихся созданием видеоконтента. Но покрыть потребности всей Британии они не могут. Объем заказов превышает их возможности. Кажется, что полтысячи студий – это очень много. А оказывается, что очень мало – и на один город не хватает фактически. Так вот, это один город Лондон. А у нас на всю Россию их триста. И парадокс еще в том, что из-за границы часто обращаются именно к россиянам. Так как за границей нехватка специалистов очень острая. И, конечно, у них это гораздо дороже.

А каков новосибирский сегмент этого рынка? Всем ли творцам удается найти себе применение?

Многие говорят: «Мы делаем видеоролики», но реально формируют рынок лишь несколько. Сейчас весь кадровый ресурс под присмотром четырех-пяти студий. Одни сосредоточены на трехмерной графике, другие – на игровом видео, третьи – на двухмерной анимации. Тем не менее не сказал бы, что на рынке тесно. Ниша есть – свою, к примеру, я нашел достаточно уверенно. Самый парадокс в том, что я практически никогда не давал рекламу.

Существует мнение, что видеореклама – это долгое производство и высокая цена. Насколько это близко к истине?

Довольно далеко от истины. «Долго-дорого» – это достаточно типичная клиентская фобия насчет видеопродукта. Во-первых, видеоролик – это в принципе не предмет роскоши. Это функциональный продукт, миссия которого – помочь продать товар или услугу. Это рабочий инструмент. Причем мощный. Во-вторых, цена – это вопрос творческо-идейного многообразия. Одну и ту же информацию можно донести в разном бюджете. В Москве есть планка «не делать дешевле, чем…», у нас ее нет: мы понимаем, что за пределами Москвы бюджетные реалии иные. А теперь насчет «долго». В среднем ролик можно сделать недели за три. А собственно техническую фазу, процесс производства, можно вообще сжать в два дня. Когда процесс отработан, когда концепт ролика ясен, всё происходит очень быстро. Замедляющим фактором часто, увы, становится неосмотрительное клиентское участие в процессе. Под девизом: «О, давайте я тоже поучаствую! Всегда хотел киношки снимать!» Или когда клиент не решил, что он хочет, а приемная инстанция состоит из семи человек. А бывает, что и один принимающий его по месяцу рассматривает…

Есть такой афоризм: «В микрохирургии разбираются только хирурги, а в живописи, кино и журналистике – все на свете»…

О, он как раз в тему! Видеоиндустрия – тоже «жертва» этого афоризма. Очень часто клиентская логика вообще не учитывает адресата-потребителя. Ролик оценивается с позиции: «Чтоб нашему директору Степану Михалычу понравилось. Он человек почтенный, не надо его нервировать». Притом что продукт или сервис, описываемый в ролике, может адресоваться вовсе не директору Михалычу, а девочкам 14–18 лет. То есть видео не решает рыночные проблемы товара и бренда, а очаровывает директора и его окружение. В регионах эта проблема – настоящая беда отрасли. Чем дальше от столиц и культурных центров, тем эта проблема больнее и гротескнее. В Москве с этим полегче, а в Европе вообще вопрос не стоит.

А как в Новосибирске?

Ну, так – средне. Все-таки Новосибирск – мегаполис, довольно просвещенный город. Большая часть клиентов аргументацию понимают и принимают, если всё обстоятельно проговорить.

Для не местных клиентов работаете?

Сейчас, пожалуй, вообще нет дихотомии «местный – не местный», ибо электронная медиа-среда едина. И, конечно, мы работаем и «вовне». Например, сейчас создаем визуальную «упаковку» для двух федеральных каналов. Кстати, той администрации немного непривычно, что мы не в Москве. Впрочем, даже четырехчасовая разница – это не проблема, так как к контактно-управленческой стороне процесса мы относимся очень серьезно. Московские клиенты нередко рассказывали: решаешь, мол, разместить заказ на региональной студии – и не можешь на нее дозвониться. То есть вопросом клиентской коммуникации творцы вообще не заморачивались. А потом они будут канючить: «Нас не видит мир! Клиентов нет! Всё плохо!» Поэтому мы у себя на контактные технологии не скупимся – мы на связи всегда.

Что эффективнее: обстоятельный ролик-повествование или блиц-формат?

Есть яркое «ютубовское» наблюдение: после первых тридцати секунд количество просмотров падает на 60%. Если за тридцать секунд ты не заинтересовал зрителя, то потерял его вообще. Современные ролики хронологически компактны. Люди сейчас глотают информацию очень быстро, громоздкое медиа-блюдо, которое нужно долго «жевать», многие просто пропустят мимо глаз, не взглянув.

Чем хороший ролик отличается от плохого?

Прежде всего – хорошим, упругим сценарием. Можно кропотливо работать над визуальной частью по три месяца, но если базовая идея никакая, всё пойдет в ноль. Есть такое проверочное правило: если ты понимаешь смысл ролика даже с отключенным звуком, значит, он и впрямь хорош. Хотя функциональная ценность звука бесспорна. Хороший, правильно сконфигурированный ролик – это целая обойма каналов восприятия. Психологи и гипнологи, кстати, подтверждают: когда каналов восприятия больше двух (не только видео и звук, но еще и фоновая музыка к тексту, рифма), то это, можно сказать, уже сфера «информационной магии».

г. Новосибирск
ул Вертковская 10
офис 216

Понравилось? Поделитесь с друзьями!