582 Просмотров |  Нравится

Наш священный луна-парк

Новый фильм саги о Чужих — шоу чувствительных  роботов и смешанных зрительских чувств.  Впечатления с пресс-показа в КРЦ «Победа».

 

Чем объясняется зрительская любовь к сиквелам, всем понятно. Фильм-продолжение удовлетворяет живущую в нас с детства тягу к бесконечной истории, к сказке без конца. То самое «Мама, ещё! Мама, а что потом?». А вот приквел – фильм-пролог, фильм-предыстория – тип довольно новый. Его буму лет двадцать. Причем, любовь к приквелам – явление отчетливо этническое. Американское. Масштабность голливудских историй в последние лет тридцать была такова, что американское подсознание разместило их по соседству с библией. Библейскому размаху – библейские каноны. Оттого-то так легко дался Америке жанр пролога – религиозный, в общем-то, по рождению. И фан-социуму каждого киноэпоса очень хочется знать – а что было в начале? Слово? Не слово? А что?

Ридли Скотт, затевая «Прометей» уже потешил эту зрительскую манию. А в фильме « Чужой. Завет» он пошел еще дальше. И нафаршировал фильм квази-религиозного жанра «пролог» философско-религиозным контентом.

Первые фильмы о чужих приходятся «Прологу» лишь двоюродными братьями. В прямом родстве он лишь с «Прометеем». «Прометей» был приквелом классических «Чужих». «Завет» — продолжение «Прометея». Сиквел приквела, то есть. То есть, не длинная цепь, а пара. Диптих. И хорошо. Потому что зритель, не являющийся ярым фанатом саги о ксеноморфах, может смотреть «Завет» и в дуплете с «Прометеем», и даже по отдельности. В общем, не держа в голове сюжетную пагоду, которую громоздили аж с 1979-го.

Визуально фильм тоже несравненно богаче ранних. Взамен замкнутости бутафорского звездолёта с зеленоглазыми мониторами – темно-изумрудное величие планеты, соблазнительно похожей на Землю.

b2816bf07a9e296f_848x477

Вообще-то, обжить планету, похожую на Землю – изначальная задача всей команды персонажей. Они на такую планету и летели в корабле по имени «Завет». Летели и везли с собой взрослых колонистов, погруженных в анабиоз, эмбрионы, землеройную технику для создания агрокультурного слоя на планете, назначенной быть запаской Земли. Ну, Землю-то к 22-му веку ушатали до полной негодности. Несите новый глобус…

Словом, такой «Мэйфлауэр» 22-го века. Или Ноев ковчег. Кстати, зовут-то корабль «Завет». Ковчег «Завет». Ковчег завета.

Каков бывает ковчег завета при неосмотрительном обращении – за этим к Индиане Джонсу (в фильме вообще полно цитат и перекрестий).

В общем, летел-летел этот ковчег завета на заветную планету, да свернул. Сначала потерпел аварию в космосе. Худо-бедно починился. Не без жертв, но годно. И тут команда, не иначе как на почве стресса, свернула в дебри – повелась на радиосигнал с другой планеты. Не той, что предписана путевым листом, а совершенно левой.

kinopoisk.ru

Это, блин, уже «стопяцот раз» было в хоррорах: если ты оказался в ночном и страшном лесу на заглохшей машине и увидел в чаще огонек – что надо делать? Пра-а-авильно! Бежать к нему! А если ты не один, а вас тут целая команда, то обязательно разделитесь. Сначала на две группы. Потом еще более дробно. Толпой же только лохи ходят, да!

И вот тут-то начинается сама премилая милота. Потому что звездолетчики – люди, которым в среднем за тридцать и  по умолчанию подразумевается высшее техническое – вот именно эти-то самые люди ведут себя в точности, как тупые блондинки-чирлидеры, назначенные в жертву маньяку-расчленителю или скауты, обреченные стать добычей лесного бабайки.

Откуда в виктим-персонажах фильмов B-класса эта обреченность – всем понятно. От их феерической, буквально нарочитой глупости. Но от людей, по условиям сюжета обремененных интеллектом, такого как-то не ждешь.
Но по воле Ридли Скотта получишь полной чашей.

Незнакомая планета? Окей, идём. Какие биоизолирующие костюмы?! Мы даже ватно-марлевые повязки не наденем! А кого бояться-то? Нет же никого!

724588

Никакой живности. Только растительность. Например, пшеница. С огромными колосьями. Культурная. Но рядом ни крестьян, ни даже сусликов с воробьями. Никакой фауны. Только флора. Фиг знает, почему. Но нас это совсем не беспокоит. О, а вот какие-то шампиньоны мохнатые. Надо их пальчиком ткнуть. Да не смотреть! Издали только слабаки смотрят! Надо трогать. Ой, конфуз – пописять захотелось. Для этого деликатного дела нужно забраться подальше в чащу. В самые густые заросли. А потом надо присесть на что-нибудь. Не глядя. Глядя только слабаки садятся.

В общем, в американском хорроре накал безмятежного идиотизма не зависит ни от возраста, ни от образовательного ценза персонажей. Ни от бюджета фильма и уровня режиссёра. Это просто канон такой, ничего личного.

Он буквально воткнут в жанр, этот самый канон – словно крепёжный штырь в голень магазинного манекена. А идея эксплуатировать изделие без штыря, похоже, не посещала ни одного деятеля американского хоррор-рынка. Ни одного сценариста, ни одного режиссёра. Мол, а зачем? У всех же со штырём!

Это особенно причудливо смотрится в сочетании изобильным кросс-культурным, богословским и философским контентом, которым Ридли Скотт буквально нафаршировал фильм. Выглядит как салат из клубники, авокадо, черной икры и «Lego». С «Lego»-то самая нямка будет, главный ингредиент!
Тут, пожалуй, даже пресловутые ксеноморфы не главные. Будут и их безглазые, улыбчивые мордашки. И внезапные, скоротечно-неприятные мужские беременности; и такие же неприятные мужские роды с радикальным кесаревым сечением – дежурный мотивчик всей саги. В общем, план по кишкам и кровище выполнен. Но марочным ингредиентом Ридли Скотт избрал то, что некоторые кинокритики обидно кличут «одуховтворёнкой». Насовал религиозных мотивов. Продолжил и развил тему уподобления богам в акте творчества. Шлифанул тему души и эмоций у роботов.

Тему эмоционально развитых роботов тут, так же как и в «Прометее», везёт Майкл Фассбендер. Причем, не один, а удвоенный – на манер Электроника с Сыроежкиным. Стоп, вот Сыроежкина-то как раз и нет. Есть Электроник + Электроник. Два электроника.

Что ситуацию, к слову, не улучшает, а усугубляет. Потому что они друг другу хоть и братья, но отнюдь не товарищи. В ходе антагонизма электроников выяснится, почему на красавице-планете одна флора без всякой фауны – ответ будет сколь эпичен, столь же и неприятен.
Способность роботов к эмоциональной жизни – тоже тот еще подарочек.

Роботы в фильме по глубинам своих ранимых натур превосходят даже легендарного Вертера, геройскую смерть которого оплакивали все дети СССР. Они способны и на скупую мужскую, и на умиление. Они могут даже перепутать авторство стихотворения – совсем как живые хорошисты филфаков. Да и на вид они сущие буси и няши. Многие девушки на «Завет» только ради роботов-то и пошли….

alien-covenant16
Но кто сказал, что чувствительный киборг обязательно будет испытывать чувства, приятные, выгодные и безопасные именно для человека? Это ведь его, киборга, чувства. А человекам он ничего не обещал. В общем, не брат ты мне, мешок с мясом!

  • Итак, ценители трансгуманизма будут жестоко разочарованы. У роботов с нежными душами свои планы на людей. Планы, не требующие людского одобрения. Андроид лучше знает, он вообще уверен в своем совершенстве.
  • Любители хэппи-эндов тоже довольны не будут.
  • Гурманов притчевого кино, готовых видеть в каждом фильме с религиозными цитатами учебник прижизненной святости, я тоже огорчу. Во-первых, с христианскими мотивами Ридли Скотт обходится формально-игриво. Во-вторых, дозы «одухотворёнки» перемежаются с клише буквально пластмассовой неестественности.

Так что, не ждите чего-то а ля Ингмар Бергман. И это не алтарь. Не портал к высшим истинам. Это всего-навсего добротно сделанный аттракцион луна-парка. А чем, собственно говоря, плохи карусели?

Игорь Смольников

Иллюстрации:
kinopoisk.ru, newslab.ru, cdn.igromania.ru, kino-teatr.ru

Понравилось? Поделитесь с друзьями!